ФОРУМ МИЛЛЕРОВО
Для входа в бронепоезд желательно зарегистрироваться.
Последние темы
» ИСТОИЯ ГОРОДА И РАЙОНА.
автор семён Вт 29 Ноя 2016 - 20:08

» Репортажи поездки по району. Заброшенные деревни, красивые места и т.п.
автор Кот Вт 29 Ноя 2016 - 19:44

» Экология - видео
автор Arietz333 Чт 17 Ноя 2016 - 4:47

» Статьи о экологии
автор Arietz333 Вт 15 Ноя 2016 - 1:08

» Полномочия Президента. Народ . Самоуправление.
автор Мороз Пт 11 Ноя 2016 - 9:02

» Что может Президент Российской Федерации?
автор Мороз Пт 21 Окт 2016 - 18:40

» -ЭКОЛОГИЯ-
автор Arietz333 Вт 6 Сен 2016 - 6:11

» НОВОСТИ г. МИЛЛЕРОВО.
автор семён Вт 30 Авг 2016 - 20:30

» ПРЕССА НОВОСТИ
автор Михаил Пн 29 Авг 2016 - 19:40

» КАЗАЧЕСТВО
автор семён Пн 29 Авг 2016 - 18:03

» Необычное,интересное, загадочное познавательное.
автор Алина Сб 27 Авг 2016 - 0:22

» Общество, власть, народ.
автор Кот Пт 26 Авг 2016 - 21:36

» Объявления.
автор Владимир Ср 17 Авг 2016 - 1:05

» КОРРУПЦИЯ
автор Михаил Вт 16 Авг 2016 - 12:26

» Вставить видео с YouTube
автор jjiiiim Пн 15 Авг 2016 - 17:42

МАКРОС
Macroforum200 -forum
АрмоПластДон
newr3
Flag Counter
Статистика
Яндекс.Метрика Яндекс цитирования

РАЗНЫЕ ИСТОРИИ

Предыдущая тема Следующая тема Перейти вниз

РАЗНЫЕ ИСТОРИИ

Сообщение автор Кот в Ср 4 Фев 2015 - 21:35


ПОЛКОВОЙ КОТЕЛ  
Из рассказа моего друга АЛЕКСАНДРА ЯШКИНА.

Хутор Верхняковский.

Яшкин Ермалай Яковлевич проживал в хуторе Нижние Верхняки , Мигулинского р-она (ныне Верхнедонского) Ростовской области. Имел зажиточное крестьянское хозяйство. Для работ в своем хозяйстве привлекал сезонных работников из соседней Воронежской губернии. Предположительно в 1937 году был раскулачен по доносу и ходатайству активистки и представительницы сельской бедноты некой гр. Полины Ромашкиной. Был сослан и по пути в ссылку умер от цинги на территории Астраханской обл. Эти сведения  имеют устный характер и документального подтверждения не имеют. На мой запрос  в архив о Яшкине Ермолае Яковлевиче и членах его семьи пришел следующий ответ.
 
Спойлер:

Из документов архивной справки  «Центра хранения архивных документов» в г. Шахты Ростовской области сообщаем, что в документах архивного фонда Мигулинского районного исполкома  Советов Рабочих, Крестьянских, Красноармейских Казачьих депутатов за 1930-1936 гг. имеются сведения о том , что в 1929 году за применение наёмного труда совместно с Яшкиным Дмитрием  Ермолаевичем  были лишены избирательных прав по ст. 15 пп. « а,г.к» ВЦИК СССР члены его семьи: Яшкина Мария Ивановна 1896 г.р.; Яшкин Ермолай Яковлевич  1869 г.р.; Яшкина Варвара Дмитриевна 1914 г.р.; Яшкин Фёдор Ермолаевич 1900 г.р., Яшкина Екатерина 1901 г.р., Яшкин Иван Ермолаевич (судим в 1931 году за участие в банде Алексеевых, досрочно освобождён из ИТЛ в мае 1936 г.), жители Верхняковского  сельсовета Верхне - Донского района Донецкого Округа СКК. Дополнительно сообщаем, что в ОРАФ УФСБ РФ по Ростовской области  имеется на хранении архивное следственное дело № П – 44207 в отношении Яшкина Ивана Ермолаевича 1889 г.р., уроженца х. Верхняковского,  В - Донского  района, Каменской области, осуждённого Тройкой ПП ОГПУ СКК и ДССР 18 февраля 1931 года по ст. УК 58 п. 2 на 10 лет с заключением в концлагерь и Яшкина Дмитрия Ермолаевича 1901 г.р., уроженца х. Верхняковского, В – Донского района, Каменской области  осуждённого Тройкой при ПП ОГПУ СКК и ДССР 18 февраля 1931 года по ст. УК 58 п. 2 на 5 лет с заключением в концлагерь. Для ознакомления с архивным следственным делом Вы можете обратиться в ОРАФ УФСБ РФ по Ростовской области по адресу: 344082, ул. Большая Садовая, 31, г. Ростов – на – Дону. А по вопросу о реабилитации Яшкиных:  Ивана Ермолаевича 1889 г.р., Дмитрия Ермолаевича 1901 г.р., Вы можете обратиться в Прокуратуру Ростовской области по адресу: 344007, пер. Братский, 11, г. Ростов – на – Дону. Другими сведениями не располагаем.  Начальник отдела спец фондов и реабилитации ЖПР  ИЦ ГУВД по РО.   С.А.Еремин

Кем были предки Ермака, какова их судьба, жизненный путь, сейчас сказать очень трудно. Предположительно они так же были коренными Донскими казаками, служили царю, пахали землю, растили хлеб. Но именно имя Ермака выделялось в воспоминаниях, доживших до наших времен его многочисленных потомков. По описанию он являлся высоким или как еще говорят «здоровым» человеком. Не равнодушным к женскому полу, особенно к молодым казачкам. В тоже время являлся отличным хозяйственником и организатором. Характером строг и порывист.  Дважды был женат, имел пятерых детей, от обоих браков. Для своих детей сумел построить и купить жильё. Также им были приобретены обширные земельные участки. Один из участков до сих пор принадлежит фамилии Яшкиных, и прилегает к домам  № 45, № 70 по улице Мира, и имеет свою интересную предысторию. Когда-то этим участком владел некий Пан Голый. Не задолго, до революции, этот Пан Голый, «словно чуя» в спешке распродал свое имение, и уехал на родину в Польшу. Здесь к слову нужно добавить, что через этот участок, с плодовыми деревьями, протекала речка Тихая, здесь же находилась перегораживающая речку платина с водяной мельницей. Предприимчивый Ермак став хозяином мельницы решил увеличить ее производительность, путем увеличения насыпи платины. Но упрямая речушка не захотела мириться с этим, и в один из весенних паводков вышла из берегов, промыв себе новое русло, в обход мельницы. Отчаянные попытки укротить речку и вернуть воду обратно, приводили к тому, что речка Тихая вероломно прорывалась все в новых и новых местах, и ужасу односельчан, безжалостно уничтожая прибрежные покосы и огороды, превращая их в грязевое месиво. Следы этого деяния до сих пор можно видеть на территории местного луга, и именуемые среди хуторских людей  БОЛОТАМ. Также сохранилась и дамба злосчастной платины. Последний свой ход речка тихая проделала возле «Самолаевой ямы», где ее навечно решили оставить в покое.
Дом Ермака находился в районе «каменного» на нынешней территории свинофермы в ее юго-восточном углу санитарной насыпи, там до сих пор сохранились остатки  фундамента, и полу засыпанный колодец. Кстати, сама свиноферма, в начале, строилась из камня, извлеченного  из  построек, конфискованного после «раскулачивания» Ермаковского двора. В хозяйстве Ермака были парадные, так называемые выездные лошади, и рабочие для опашки земли. Были быки и много домашней птицы, особенно гусей, которых пасли малолетние дети и внуки. Что в принципе был тоже изъято и приобщено к молодому колхозному движению. И еще говорят, что до революции он частично финансировал строительство Верхняковской церкви. 
Вот и все что я смог узнать о своем прапрадеде, который без сомнения являлся яркой личностью в свое время в хуторе Верхняковском. Что же касается представительницы сельской бедноты Полины Ромашкиной, (откровенно завидовавшей Ермаку), то чужое горе не принесло ей богатств, а ее детей и внуков ждало скитание по обшарпанным хатенкам, несчастливые браки, тюрьмы за воровство и прочие низменные преступления, и даже самоубийство от безысходности. Видно правду говорили наши предки что «Бог все рассудит», жаль, что отвечать приходится детям.
О хуторе.
На карте середины 19 века хутор Верхняков (устар), значится как довольно незначительное поселение сосредоточенное у подножья «Саланцовой» горы. Что может означать название хутора? Здесь мы можем судить по общепринятой практике, заведенной на Дону. К примеру, станица Мешковская обязана своим названием атаману Мешкову, приложившему свои усилия к ее основанию, там до сих пор проживают его потомки, и носящие фамилию атамана. Хутор Павловский по фамилии некого казака Павлова, первым основавшего там свое поселение, хутор Мрыховский  Мрыхину и т.д. Так же и хутор Верхняковский  вероятно был обязан своим названием какому-то первопоселенцу с фамилией Верхняков. Первый всплеск расширения хутора приходится, наконец, 19 и начало 20 века. Именно тогда началось расселение вниз по течению речки Тихой, и образовался хутор Нижне-Верхняковский,  который в конечном итоге почти слился с хутором Назаровским. Хаты строились из самана и камня, крыши крылись камышом или соломой. Зажиточные казаки возводили дома из струганных вербных бревен, обмазанных глиной и с железной крышей.Вторая волна строительства пришлась на вторую половину 20 века, при образовании совхоза «Комсомолец Дона». Именно тогда хутор основательно перебросился от подножья «Саланцовой» горы на правый берег  р.Тихой, где и образовался благоустроенный современный поселок.Были построены целые улицы и в Н.Верхняковском отделении совхоза. И сам Верхняковский стал объединяющим центром хозяйства, в которое входили  отделения хуторов  Поздняковского, Павловского, Нижне-Верхняковского, Михайловского и Макаровского. Часть жителей переехало сюда из расселенного хутора Поповского. Еще одна удивительная особенность Нижних Верхняков, здесь нет кладбища, а ближайший погост находится за несколько километров, на противоположном берегу речки. Естественно возникает вопрос  - а как же туда доставляли покойных в висении половодья и многоснежные зимы? Ответ оказался простым, их никуда не увозили, а хоронили  у себя возле дворов. То есть земля здесь в буквальном смысле «пропитана» прахом наших предков. Такая же картина наблюдается на левом берегу хутора Назаровского. Там у подножия «Яшкиной горы» и сейчас можно увидеть старинные каменные надгробные плиты, с высеченным «Русским крестом», которые разбросаны на возвышенностях и холмах. В Н.Верхняковском  такие надгробия не встречаются, так как кресты были деревянные. В Назаровском же проживало много мастеров  каменотесов. Девяностые годы 20 века можно отметить как новый виток возрождения казачества в хуторе Верхняковском, впрочем, как и во всей Ростовской области. Первый хуторской атаман Н.Верхняковского в постсоветский период  Скилков Александр Павлович (род 1949 г). Именно по его инициативе 13 декабря 1990 года был организован Круг, вскоре насчитывающий более 90 казаков.Выписка из протокола собрания Круга от 13.12.1990 г.   Назначены: 
писарем - Назаров Николай Федорович, есаулом – Крекин Александр Михайлович, председателем Круга – Коташов Михаил Михайлович.Присутствовали: окружной атаман -  Латышев Ю.Л. станичный атаман Панькин О.Д. председатель совхоза «Комсомолец  Дона» - Лукянов В.С.О судьбе последнего хуторского атамана перед революцией, найти каких либо сведений мне не удалось, известно только его имя   Земляков Даниил Иванович.                          
Тема кладов является, наверное, одной из самых заманчивых своей таинственностью в любой местности. Не обошлось без историй о зарытых в земле сокровищах и в Нижне - Верхняковском. Я расскажу об одной из самых ярких историй, будоражащей умы местных энтузиастов на протяжении нескольких десятилетий. 
В семидесятые годы двадцатого века, некий старейший житель хутора Чекунов  Петр Иванович поведал по страшной тайне, своему знакомому Бирюкову Николаю Ивановичу откровенную историю о случаи с ним во время Отечественной войны, когда его подразделение в числе освобождающих Польшу Советских войск, было расквартировано в одном из местных поселений. В доме куда был определен на ночлег Чекунов, хозяином оказался седобородый старик, который на удивление прекрасно изъяснялся на русском языке, мало того оказалось что старик был бывшим эмигрантом и неплохо знал прилегающую к Верхнякам местность. Когда подразделение Чекунова начало продвижение дальше на запад, старик на прощанье поведал солдату свою тайну, из которой следовало что он во время Гражданской войны в составе небольшого белогвардейского отряда, под напором красных, отступающего со стороны Воронежской губернии остановился близ хутора Нижние Вверхняки в  «Западном лесу». Помимо военной амуниции и пищевых припасов отряд вез с собой и церковное золотишко, а также ценные украшения, взятые на «сохранение» у не успевшей разбежаться церковной и светской знати, встречающейся на их боевом пути. Много или мало, но ценностями был наполнен целый полковой котел. В целях сохранения ценностей и в дальнейшем не попадания их в руки врага, было решено, котел зарыть в одной  отрожине леса. По словам свидетеля, котел был зарыт не очень глубоко, а когда яма почти полностью была заполнена землей , в нее был уложен плоский камень, также засыпанный сверху. Ориентиром же, служила старая липа, указанная в карте.В пылу сражений и отступления, по словам старика, все участники отряда погибли, старик оставался единственным свидетелем. В подтверждение своих слов старик трясущейся рукой протянул Чекунову клочок пожелтевшей бумаги, с подробным планом местности и места где захоронен клад.Победоносно дойдя до Берлина, Чекунов вернулся в родной хутор, где исправно восстанавливал после разрухи войны родное хозяйство.  Карта несколько лет пролежала в его сундуке, ожидая своего часа. И вот в один момент, он вместе с братом Чекуновым Петром Васильевичем решил исследовать район «Западного леса» указанный на карте. К глубокому разочарованию Чекунова, местность описанная стариком за годы сильно изменилась. Выросли новые кустарники и деревья, а старая липа, являющаяся приметой, вероятно давно уже была срублена. Также не был найден особый указательный камень с насечкой.
По свидетельству Бирюкова Николая, Чекунов даже мельком показывал эту карту, на основании чего тот с Яшкиным Тихоном Григорьевичем самостоятельно и безуспешно пытались искать заветный котел.К довершению к сказанному можно предположить, что дыма без огня не бывает, ведь по свидетельству  тех, кто знал лично Чекунова, человек он был не грамотным и ограниченным, и сомнительно, что у него хватило фантазии выдумать из головы подобную историю.  Как часто бывает в подобных случаях, такие истории со временем обрастают всевозможными новыми подробностями. Так и здесь, некоторые источники слухов стали утверждать, что Чекунов перед смертью «раскололся», мол, котлов  зарыто два, а не один. По котлу на восточной и западной окраине леса. Еще одна волна слухов, утверждала еще более уходящею в глубь старины историю, содержание которой гласило о том что это проходящие здесь по дикому полю таджики(!), зарыли огромный медный котел наполненный золотыми монетами. «Самое удивительное, что пожилые  местные жители, слышавшие рассказы своих дедов, уверенны, что в «Бадаражной балке» эти «таинственные» таджики и проживали. Удивительный факт, но с сдав на  пастухи находили на территории этой балки осколки черепков глиняной посуды. Благодаря стараниям сына первого атамана в новейшей истории Верхняковского, Скилкова Вадима к этому району удалось привлечь археологов, которые подтвердили что осколкам  найденной керамики много сотен, а то и тысяч  лет, и относится она к невыясненной пока культуре и народу. Скоро здесь будут, предвидится раскопки».  В общем, фантазий вокруг этой темы развивалось много, но главная суть сводилась всегда к одному это  -  котел, золото и Западной лес. Естественно невольно задаётся вопрос, а существуют ли хоть какие-то зацепки, хотя бы косвенно подтверждающие существование клада. Оказывается, есть, по свидетельству Яшкина Тихона Григорьевича,  с несколькими односельчанами, также как и он, одурманенными грезами сокровищ, в дальнейшем исследовали в лесу предполагаемый район спрятанного клада, когда наткнулись на огромный камень, расколотый надвое. Необычное в этом камне было то, что на нем виднелась явно рукотворная бороздка в виде стрелки, которая продолжалась на втором обломке камня, съехавшего вниз по склону оврага. Именно о такой насечке на камне говорил Чекунов, которая должна была указывать на место расположения клада.  Первый из обломков камня тоже со временем сдвинулся,  так что куда  указывала насечка, определить было невозможно. Возбужденные кладоискатели стали хаотично перерывать песчаный грунт вокруг камней, но ничего не нашли,  кроме двух стреляных гильз от винтовки дореволюционного образца.Также интересны в этом плане воспоминания старейшей жительницы хутора Мрыхиной Лукерьи Ивановны 1904 года рождения. По её словам после Гражданской войны в «Каменном лесу», соседнем с «Западным», какое-то время прятались от новой власти «махновцы», которые позже ушли неизвестно куда.  Хотя здесь следует заметить, что в те смутные времена, «махновцами» местный люд называл не только бойцов легендарного батьки, но и всех беглых, недовольных новой властью или просто бандитов. Есть ли связь между этими людьми, Польским стариком и зарытым кладом? Вполне вероятно!Ниже в дополнение к рассказанной истории я думаю нужно упомянуть о ещё одной загадке хутора  Верхняковского - пещере «Каменного леса».
В просторах степей Верхнего Дона лесом называются гигантские овраги или на местном разговорном ЯРЫ, густо поросшие деревьями. Образовались яры вероятно во время таяния ледника около 10 000 лет назад. Мощные потоки воды, срывая тысячи тон земли, глины и песка обнажили на территории «Каменного леса» огромные и причудливой формы  валуны выше человеческого роста. Нагромождение этих необычных и каких-то ноздреватых камней напоминает развалины исполинского старения, что вероятно и поспособствовало одному из названий этого места «Каменный барак» или каменный дом. По рассказам старожил хутора именно среди этих камней находится вход в пещеру, протяженность которой десятки(!) километров, а в стенах выдолблены кельи с каменными столами и скамьями. Местные жители побаивались заходить вглубь пещеры, а после революции вход и вовсе завалило песчаным оползнем. Именно где-то в этой пещере по рассказам Мрыхиной Лукерьи прятались те самые «махновцы». Кстати, по воспоминанию Яшкина Ивана Петровича (старшего), подростками  со сверстниками лазя среди валунов леса, однажды нашли в одной из многочисленных расщелин в камнях, «золотые»  пагоны офицера царской армии.  Может быть тот кто их когда-то носил и был командиром того отряда что оставил нам тайну   полкового котла. И кого затем безжалостная судьба, дорогами боёв, отступлений и иммиграции, забросила в чужую Польскую землю, и где он, долгие годы печали и надежды хранил  тот клочок карты, который на закате жизни передал простому русскому солдату Чекунову, который волей судьбы и  фронтовых дорог  подвернулся на пороге его дома. Всё это для нас, вероятно, останется уже не разгаданной тайной.
Перечень признаков, по которым можно отыскать клад: из справочника 17 века.
1.не растет высокая трава;
2.вечером или ночью, перед самым рассветом, появляются огоньки искры или язычки пламени;
3.весной снег тает раньше, чем в других местах;
4.не бывает не росы не инея;
5.растения выглядят так, будто их сожгло солнцем во время засухи;
6.человека вдруг охватывает страх или у него по коже начинают «бегать мурашки»;
7.без всякой причины гаснет огонь;
8.и днем и ночью может вдруг появится свет, от которого человеку становится страшно; 
9. если растут кусты, то они бывают очень низкими, листья у них имеют серый или какой-нибудь другой странный цвет что особенно хорошо заметно под осень.

Клады в районе Н.Верхняковского случайно находили и до революции и после. Я приведу в пример два реально произошедших случая. Незадолго до революции казаки пахавшие участки поля  под «Пупками», это два холмистых образования за правым (от платины) берегом большого Н.Верхняковского пруда, нашли в отвале свежей борозды прогнивший кожаный мешок, из которого вывалились сделанные из массивного серебра церковные кадило и крест.
Казаки передали эти находки в Мешковскую церковь, ведь согласно старинным поверьям грешно извлекать выгоду из найденных церковных атрибутов. Примечательно, что холмы находятся  менее километра от «Западного леса».
Вторая находка произошла уже в 30-е годы. Некий охотник из соседнего хутора Назаровского разыскивал дичь в районе «Дурных яров» (название яров произошло от того что с давних времен, да и сейчас, местные жители  часто наблюдают там загадочное природное явление, все обще известное как НЛО) когда его нога, провалилась в осевшую землю. Исследовав образовавшуюся яму, он извлек на свет Божий, котелок полный золотых червонцев. Возможно, в хуторе Назаровском появился бы свой подпольный миллионер, если бы не длинный язык его супруги. Вскоре сотрудники НКВД уже везли на старой бричке нашего «счастливца», в сторону Чертковского ЖД узла, чтобы пополнить стройку Беломорканала еще одним «добровольным» работником. В окрестностях Верхняковского разбросанно множество больших и малых Скифских курганов, хранящих свои тайны и сокровища. Самым знаменитым в округе является «Большой курган» расположенный на горе, близ хутора Назаровского. Сооружение древних поистине поражает своим масштабом. На южном склоне кургана еще отчетливо виден след «Скифской дороги», по которой заносился грунт на захоронение. В самом начале 21 века, на восточном склоне кургана, черные копатели прорыли туннель к центру гробницы. Но увенчались ли их старания успехом неизвестно, хотя при осмотре туннеля ни каких видимых признаков, что они до чего то, докопались, обнаружено не было. По поверью местных жителей, тех, кто тревожил курганы, всегда настигала печальная участь, и приводятся даже конкретные примеры.   Но, без сомнения самое ценное богатство хутора находится у всех на виду, и затрагивает  уголки всей человеческой души, это неповторимая красота его живописных природных пейзажей, которая навсегда остается в сердцах тех, кто, здесь хотя бы раз бывал.

ДА МНОГО ЕЩЕ ТАЙН  ХРАНИТ МАТУШКА ЗЕМЛЯ.       
Благодарю своего друга Яшкина Александра за рассказ и предоставленный  материал. 




Последний раз редактировалось: Кот (Сб 28 Фев 2015 - 0:21), всего редактировалось 3 раз(а)

Кот
ГлавЗамГлав

Сообщения : 414
Дата регистрации : 2012-08-22
Возраст : 64
Откуда : Миллерово

Посмотреть профиль

Вернуться к началу Перейти вниз

Записки офицера итальянского экспедиционного корпуса 1942-1943 гг.

Сообщение автор Кот в Ср 11 Фев 2015 - 20:42

ЧАСТЬ 1
Прочитав записи и записки офицера итальянского экспедиционного корпуса 1942-1943 гг.
Немногие возвратившиеся.
Решил поделится с нашими читателями Миллеровской Ярмарки очень интересный рассказ.
И происходило это в нашей Ростовской области в Чертковском и Миллеровском районе в наших краях.
 
Содержание
Предисловие Карло Д 'Эстэ
От Дона до Арбузова
Арбузов («Долина Смерти»)
От Арбузова до Черткова
От Черткова до наших позиций
Из окружения
Послесловие
Примечания
В Старобельском штабе мы встретились с группой уцелевших солдат из Кантемировки. Мы узнали, что Кантемировка  Миллерово были оставлены одновременно с Чертковом. Причем в первом случае использовались самолеты, которые в определенный момент уже не могли приземляться, поскольку последние немецкие войска, защищавшие аэродром, разгромили русские, а из Миллерова люди выходили по «коридору», удерживаемому для них бронетанковыми силами на вражеской территории.
 Аннотация :
 Офицер итальянского армейского корпуса Э. Корти — один из немногих, кто выжил после широкомасштабного наступления Советской армии на Восточном фронте в 1942 году. Начиная войну восторженным юнцом, он, участник панического отступления фашистских войск из донского «котла», очень скоро расстается с мальчишеским энтузиазмом, встретившись с ужасами войны: жестоким холодом и голодом, обстрелами, атаками, цинизмом союзников, страхом перед пленом и смертью товарищей. В книге, основанной на личных воспоминаниях автора, воспроизведен один из переломных моментов.  Второй мировой войны, пережитых  противником, обреченным на поражение.
В этих записках повествуется о конце 35-го армейского корпуса, одного из трех корпусов итальянской армии, воевавших в России, который до начала лета 1942 года был единственным итальянским корпусом на русском фронте. Та же судьба впоследствии постигла и два других корпуса, а также некоторые немецкие части, находившиеся вместе с нами. 
                                                      ИЗ КНИГИ


 Совершенно неожиданно я повстречался в Черткове с младшим лейтенантом Монтрезором, начальником моего отделения в офицерской школе в  Монкальери. Он до колен замотал частично обмороженные ноги кусками одеял, поверх которых приладил мешковину. Со стороны казалось, что он носит такие необычные сапоги. Наступило утро. Воздух был чист, свеж и удивительно прозрачен. На белом снегу темнели избы, из печных труб в небо поднимался черный дым.
ОТКРЫТЬ
Спойлер:

Именно таким я и сейчас часто вспоминаю Чертково. Выйдя из дома, я всякий раз натыкался взглядом на лошадей, стоящих у соседней избы. Их заиндевевшие шкуры слегка поблескивали, освещенные первыми лучами зимнего солнца. Их никто не привязывал, никто не кормил. Но они все равно стояли на одном и том же месте, понуро опустив свои большие головы. Должно быть, эти животные спасли кому-то жизнь, доставив на себе в город. Но теперь они устали, замерзли и ослабели без пищи, их туловища тоже были покрыты ранами, но люди, которым они когда-то помогли, бросили их на произвол судьбы. Каждый раз, открывая дверь, я надеялся, что больше не увижу эти понурые фигуры — немой укор человечеству. Я верил, что кто-нибудь отведет их куда-то подальше. В конце концов я сам решил найти для бедных животных какое-нибудь укрытие, но опоздал. Они уже умерли. Их мясо ели все. Мы проводили большую часть дня сидя или лежа на тюфяках. Нашим основным занятием стал внимательный осмотр грязного нижнего белья на предмет обнаружения зловреднейших вшей. Время шло. Ничего не происходило. В избе, где жили мои vecchi из 2-й батареи, неожиданно заболел тосканец Каттурегли. Он лежал на тюфяке и трясся в лихорадке. Что мы могли сделать? Чем помочь? Оставалось только ждать. Человек должен был выкарабкаться сам или умереть. Нас очень волновала судьба пациентов госпиталя, число которых достигло уже двух тысяч. Один из трех работавших здесь докторов, падающий с ног от усталости, как-то сказал мне, нимало не заботясь о том, что его слышат пациенты, что, если за неделю ничего не изменится, половина этих несчастных отправится на тот свет. Он мрачно развел руками, покачал головой и снова вернулся к работе. Он и капитан Руокко работали в нечеловеческих условиях. Иногда им приходилось ампутировать гангренозные конечности с помощью кухонных ножей и опасных бритв. В главном корпусе положение стало угрожающим. Ступеньки лестниц и полы в неотапливаемых коридорах покрывала тонкая корка льда (главным образом замерзшая моча), поэтому передвигаться по ним трудно и опасно. Войдя в любую комнату, прежде всего мы видели густой туман, спускающийся с потолка и слегка рассеивающийся примерно в метре над полом. Под этим туманом на соломе, брошенной на пол, лежали раненые, остатки одежды которых шевелились от вшей. Многие лежали так неделями. Смерть со своей косой была в этих мрачных помещениях частой гостьей. Каждое утро раненые провожали взглядами своих умерших ночью товарищей, которых выносили специально назначенные для этого солдаты. Я запомнил еще одного солдата, хотя до сих пор не знаю его имени. Мучимый жаждой, он вышел из госпиталя, не обращая внимания на адскую боль в отмороженных и уже охваченных гангреной ногах, и пошел к колодцу, откуда и солдаты, и гражданское население брали питьевую воду (к тому самому колодцу, на дне которого лежало два трупа). Почувствовав, что не в силах идти дальше, он сел на землю и разразился злыми слезами, потрясая пустой немецкой фляжкой, которую так и не сумел наполнить. Я подошел и всмотрелся в характерное лицо южанина. Бедные итальянские пехотинцы! У меня не оказалось с собой ничего, чем можно было достать воду, поэтому я на несколько минут позаимствовал ведро у подошедшей к колодцу девушки. Краем глаза я заметил, что она, наполнив ведро, почти бежит от колодца. У меня не оказалось с собой ничего, чем можно было достать воду, поэтому я на несколько минут позаимствовал ведро у подошедшей к колодцу девушки. Краем глаза я заметил, что она, наполнив ведро, почти бежит от колодца. Наступило 15 января. В последнее время русские не давали о себе знать. Мы думали, что вокруг Черткова осталось лишь несколько подразделений, прикрывающих отход основных сил русских к Дону.
От Черткова до наших позиций.
В 6 часов вечера 15 января поступил срочный приказ подготовиться к уходу из города через два часа. Было уже совсем темно, когда меня послали к капитану Варение, ведавшему выдачей продовольствия. Он приказал получить двухдневный паек и сразу же идти к майору , который в срочном порядке собирает офицеров.Я побывал у майора, затем вернулся к Варенне, чтобы узнать детали. Все итальянцы, которые были в состоянии ходить, должны были построиться и приготовиться к маршу не позднее восьми часов. Немцы решили предпринять попытку прорвать кольцо окружения. Когда дорога будет свободна, мы пойдем по направлению к Беловодску, то есть на запад. Перед Беловодском, до которого примерно 60 километров, расположены немецкие позиции. Никто не знал, как далеко эти новые немецкие позиции от Черткова. Быть может, 20 или 30 километров... Ну, уж во всяком случае, не восемь километров, как недавно хвастались немцы. Итак, долгожданное подкрепление снова не пришло. И вообще, существовали ли эти новые немецкие позиции к западу от Черткова в действительности? Мы больше ни во что не верили. Все наши надежды основывались на звуках далекого боя, которые уж точно были чем-то реальным. Не могут же уши обмануть одновременно всех! Но вдруг это такой же окруженный гарнизон, как и наш, пытается вырваться из кольца? Подобную возможность тоже нельзя сбрасывать со счетов. И еще одна мысль в большей или меньшей степени тревожила каждого. Мы собирались спасти свои собственные жизни, иными словами, жалкие остатки того, что не так давно было отличным армейским корпусом CSIR. Но как быть с двумя тысячами раненых и обмороженных, которые не могли ходить, а значит, были вынуждены остаться в Черткове — в госпитале, в лазарете и в многочисленных избах, разбросанных по всему городу?. Мы с ними жили одной жизнью. Они испытывали те же надежды и терзались теми же страхами, что и мы, они сражались вместе с нами и, как и мы, страдали от убийственного климата, а теперь мы покидали их, оставляли в руках врага? Я старался не думать об этом. Время тянулось бесконечно, мы все еще находились в черте города. Главную опасность в ту ночь для нас представлял мороз. Температура, судя по моим ощущениям, опустилась ниже 30 градусов, и мы переносили ее с большим трудом. Люди все чаще с тоской поглядывали на стоящие вдоль дороги дома. Они выглядели невероятно привлекательными. В конце концов солдаты начали группами отделяться от колонны и заходить в дома. С трудом наведенный порядок нарушился. С каждым часом организованное воинское подразделение начинало все больше походить на толпу. В итоге от колонны почти ничего не осталось. Организованное воинское подразделение начинало все больше походить на толпу. В итоге от колонны почти ничего не осталось. И стерпеть жгучий холод становилось все труднее. Сколько мы еще сможем выдержать, если после каждых двух шагов — часовая остановка? Сзади мы видели огромное красное зарево. Это горели немецкие склады. Наши склады никто не поджигал. Врач, оставшийся в госпитале (сам тоже многократно раненный), который немного говорил по-русски, получил задание объяснить врагу, что мы сохранили склады специально для наших раненых. Что с ними будет? Мысль о несчастных заставляла меня содрогнуться. Возможно, русские уже в городе. Мороз, казалось, усиливался с каждой минутой. На снегу чернели брошенные немецкие грузовики. Дорога пошла вверх, и вскоре город остался позади. У дороги стояла только одинокая изба или хлев. Мы решили, что вышли из города на юг или юго-восток. День еще не начался, когда мы пересекли оставленные позиции русских. Повсюду: в орудийных котлованах, на дороге — в общем, куда ни глянь, лежали тела русских солдат. Они уже успели застыть, превратиться в глыбы льда. Некоторые были в весьма странных позах. У одного, к примеру, были согнуты ноги, словно он стоял на коленях, а его руки вытянуты так, будто он целился в кого-то из ружья. Но только он лежал на боку и не имел в руках никакого оружия. Со всех сторон на снегу виднелись следы, оставленные гусеницами тяжелых танков. Дорога пошла под гору. Этот участок мы преодолели почти бегом. В брошенном немецком грузовике лежал раненый немец: крупный, светловолосый и голубоглазый ариец. Он внимательно разглядывал всех, кто, пробегая, заглядывал в грузовик. На парне была новая белая форма. Кто знает, с каким настроением он облачался в это одеяние не далее как сегодня утром? А теперь не пройдет и нескольких часов, как оно станет его саваном. Двигаться! Все время двигаться! Мороз снова усилился. Было не меньше 40 градусов. Наши лица облепил снег. На шлемах около ноздрей застыли корочки льда. Время близилось к полудню. Дорога перевалила через небольшой пригорок и снова пошла под уклон. Вверх-вниз, вверх-вниз. Такой рельеф местности должен был сохраниться до самого Беловодска. Было видно, что далеко внизу деревенские хижины прижались с двух сторон к дороге. Ближайшие  горели. Между ними был установлен русский гранатомет, который обстреливал колонну на противоположном склоне, там сейчас находились немцы.  Из колонны вели ответный огонь. Мы прислушивались к очередям русских автоматов. Почти все итальянцы, имевшие оружие, шли в голове колонны. Но когда по нашей части колонны открыли огонь из автоматов, никто уже не мог удержать солдат, и они бросились сломя голову вниз по склону: кто бегал быстрее, тот вырвался вперед. Теперь вся колонна бежала, и пытаться установить порядок, было бессмысленно. Внизу все было покрыто густым дымом. Огонь вели русские «катюши». Снаряды взрывались по обе стороны дороги, но, что удивительно, ни один не упал на нее, поэтому люди не пострадали. Через некоторое время, мы снова услышали знакомый звук, за которым последовала серия взрывов, на этот раз справа от дороги. Недолет! Больше всего я боялся, что «проклятая ведьма Катюша» подойдет к колонне сзади и прочешет ее огнем. Вот тогда уж точно никому мало не покажется. Очередной снаряд угодил прямо в грузовик, затормозивший у подножия холма. Несколько человек упали на землю. В нашей части колонны почти ни у кого не было оружия. Не хватало нам и дисциплины. Между домами могли прятаться только жалкие остатки- русских, которые сумели ускользнуть от немцев. Но для нас, тысячи невооруженных людей, они представляли серьезнейшую угрозу.
Многие из нас когда-то проявляли доблесть в боях, справлялись с любыми трудностями, показав себя с лучшей стороны. Но в тот момент об этом никто не думал. Даже те, у кого было в руках оружие, были не способны принять разумное решение и попытаться оказать сопротивление явно немногочисленному врагу. Люди в панике бежали сломя голову,  не разбирая дороги. Катастрофа!
По дороге мы увидели нескольких убитых и раненых. Жертвами одного снаряда стали и немцы, и итальянцы. Раненый немец стоял на коленях, тяжело опираясь одной рукой на снег. Вторую он протягивал к нам, словно призывая кого-нибудь взять его за руку и повести за собой. Лежащий на снегу итальянец тоже смотрел на нас перепуганными, расширенными от боли глазами. Через некоторое время мы вступили на участок дороги, буквально заваленный телами русских Тут же были разбросаны обломки саней. Очевидно, эти люди пытались уйти от погони, но немецкий танк оказался быстрее. Чуть в стороне лежало тело русского офицера. Мы начали догонять немцев. На обочине дороги стояли брошенные немецкие грузовики. А со стороны деревни все еще иногда слышались звуки автоматных очередей. «Катюши» больше не стреляли. Мы вздохнули свободнее. Но продолжали быстро идти вперед. Мы чувствовали себя одинокими и потерянными в бескрайней белой пустыне. Теперь колонна двигалась почти без остановок. Мне казалось, что природе абсолютно безразличны все наши жалкие попытки выжить. Что мы представляем собой в сравнении с ней? Жалкую кучку бестолково копошащихся муравьев. Иными словами, ничто. Она столь же неизмеримо велика, сколь мы ничтожно малы. Мне больше никогда не доводилось испытывать это неприятнейшее чувство. И тогда я понял, почему русские строят такие ненадежные дома и кладбища, с годами исчезающие с лица земли. Они подчиняются воле природы и не желают ни в чем идти против нее. Сюда, на новую линию укреплений, образовавшуюся совсем недавно, русские, обнаружив, что мы покинули Чертково, перебросили значительные силы. Кроме того, они спрятали между избами четыре танка («Т-34», тогда считавшиеся лучшими в мире) и бронеавтомобиль. Когда авангардные силы немцев уже прошла большую часть деревни, открыли огонь в надежде прорвать линию укреплений, русские танки появились из своих укрытий и понеслись прямо на колонну, сметая все на своем пути. Неожиданно в людское море посыпались снаряды. Стрелял всего лишь один миномет, причем небольшого калибра. Но когда снаряд попадает в плотную толпу, каждый осколок непременно отыщет свою жертву. Неожиданно в людское море посыпались снаряды. Стрелял всего лишь один миномет, причем небольшого калибра. Но когда снаряд попадает в плотную толпу, каждый осколок непременно отыщет свою жертву. Я сам видел летящую в воздухе верхнюю половину человеческой головы с развевающимися на ветру волосами. Самолеты засекли русский миномет. Два пике, четыре бомбы... И лощина, где он был спрятан, оказалась разворочена взрывами. Много лет спустя младший лейтенант рассказал, что одним из осколков его солдату аккуратно отрезало яйца. Невезучий малый туго перевязал рану, подобрал валявшиеся на снегу яйца, положил их в карман и пошел дальше. В Беловодске он подошел к своему командиру показал ему продолжавшую кровоточить рану и лежащие на ладони среди крошек бисквита сморщенные и потемневшие яички. Беднягу очень интересовало, смогут ли ему пришить их в госпитале. Наконец и мы добрались до вершины склона и получили возможность видеть деревню. Я очень устал, но старался не снижать скорости. Я очень опасался, что незащищенный арьергард может в любой момент подвергнуться нападению русских танков. И вот перед нами первые избы. На снегу — мертвые немцы. Рядом — сгоревшие вражеские танки. Чуть впереди — зарывшийся в снег русский танк. Он увяз так глубоко, что над сугробом виднелась только верхушка орудийной башни. За ним и спрятался тот самый зловредный миномет, который вел огонь по колонне. Несколько изб горело. Их стены лизали красные языки пламени, казавшиеся удивительно яркими на фоне белого снега. На обочине дороги русский старик с длинной белой бородой упорно пытался залить водой свой горящий дом. Не понимая бесполезности своих действий, он снова и снова таскал воду из колодца и выплескивал ее на пожарище. Очевидно, ему необходимо было что-то делать, чтобы не сойти с ума. А высоко в небе натужно ревели самолеты, совершая свои головокружительные пике. В конце деревни мы увидели множество тел русских солдат. На одном из них был итальянский меховой полушубок. Оставив позади деревню, мы попали в длинную, неглубокую балку. В ней тоже часто попадались тела погибших русских солдат. Снег здесь перепахали немецкие танки. Следовало воспользоваться остановкой, чтобы немного подкрепиться — у меня были с собой галеты и мясные консервы. Но мясо превратилось в кусок льда, от которого я с помощью перочинного ножика сумел отколоть только несколько маленьких осколков. И правда ли, что нам удастца добраться до окруженного немецкого гарнизона и помочь ему прорвать кольцо? . Но вместо этого нас в очередной раз приветствовали знаменитые русские «катюши». Их снаряды падали в снег немного в стороне от нас, окутывая колонну клубами золотистого дыма. Значит, и здесь нас поджидает враг! Мы вошли в деревню. Думаю, это была Стрельцовка. Теперь, пожалуй, мы все, не исключая немцев, были похожи на заезженных кляч. В темноте я заметил расположившихся между избами немцев. Возможно, они занимали позиции. На деревню обрушились «катюши». Немцы лежали, прижавшись к земле, и даже не пытались открыть ответный огонь. Яркие вспышки взрывов освещали скорчившиеся на снегу фигуры. Кажется, никто не пострадал. Вперед! Мы уже подошли к последним домам, когда рядом взорвалось еще несколько снарядов. Я шел и думал о наших правителях, ввязавшихся в войну. Сейчас они находились в далеком Риме, привычных  своих роскошных жилищ, спали на мягких постелях... При этом они послали своих солдат воевать в этот убийственный климат, даже не позаботившись о соответствующей одежде! Как их можно назвать? негодяи! сукины дети! И это еще мягко сказано. Хотя теперь я считаю, что они тоже, как и мы все, были не более чем орудиями в руках Провидения. Нам казалось невероятным, что те ужасные события, в которые мы оказались, вовлечены, зависели от воли нескольких мелких  людишек.  Эти люди — наше наказание.  Иначе войну нельзя объяснить. Даже если мы пройдем через нее и найдем способ донести до остальных, особенно до непосредственных виновников, настоящий смысл войны, в будущем войны все равно будут продолжаться, вопреки человеческой логике. Да и в прошлом человек никогда не желал войны. Но чтобы действительно их предотвратить, необходимы совместные усилия всего человечества. Люди должны перестать делать войны неизбежными, продолжая ежедневно и ежечасно грешить. Человеческие грехи имеют свойство накапливаться. И в тоге становятся неуправляемой лавиной, которая начинает двигаться, сокрушая все на своем пути, калеча и убивая. Я попытался забраться на сани, которые счел итальянскими, но там оказались немцы, которые моментально меня согнали. Разные события происходили . О некоторых даже не хочется вспоминать. Стыдно. Один итальянский офицер предложил немцам тысячу марок (7600 лир) за то, что ему позволят десять минут посидеть на санях. Немцы согласились, но через три минуты, прикарманив деньги, выкинули его в снег. Итальянец был уже одной ногой в могиле и не мог себя защитить. Другой за аналогичную «услугу» отдал свои золотые часы. Люди, умирающие от усталости, предлагали немцам свои пистолеты, которые пользовались среди них большой популярностью. Немецкий сержант, шагающий вдоль дороги с группой своих товарищей, весьма приветливо сказал мне по-французски, что мы уже находимся на своей территории. Кажется, в тот момент я еще не осознал всей важности этой информации. Но мало-помалу до меня все-таки дошло: мы вышли из «котла»! Немец также сообщил, что в 20 километрах впереди находится город Беловодск, недалеко от которого нас ждут итальянские и немецкие грузовики, которые отвезут нас в город. У меня мелькнула горькая мысль, что немецкие грузовики там, конечно, будут, а вот итальянских мы вряд ли дождемся. И я оказался прав. Мы выбрались на отличную дорогу с установленными на обочине указателями. Со всех сторон виднелись знакомые земляные насыпи, откуда [284] торчали весело дымящие трубы. Я снова вспомнил наши обжитые землянки на Дону. Ошибки не было. Мы действительно вышли из «котла». И я больше не должен вечно бежать, спасаясь, как загнанный зверь, чувствуя, что смерть дышит мне в затылок. Я снова увижу мою семью, мой дом, мою Италию. Я должен был кричать, смеяться, плясать от счастья? Наверное, должен. Я склонил голову и вознес молитву Мадонне, сохранившей мою жизнь. Я машинально продолжал идти, только теперь думал о тех, кто остался там, на холодных дорогах от Дона до Беловодска. Хотелось надеяться, что многие из них живы, хотя и попали в руки врага. А быть может, их всех уже убили? Сколько же людей осталось на той дороге мертвыми, причем не только итальянцев, русских там было не меньше. Нельзя забывать и о немцах, в первую очередь о тех, кто погиб, стараясь расчистить для нас дорогу. По нашим расчетам, из 30 тысяч итальянцев, служивших в 35-м армейском корпусе, которые были окружены на Дону, около восьми тысяч добрались до Черткова. Вечером 15 января мы производили подсчет войск. Получилось около семи тысяч. Примерно пять тысяч человек ушло из Черткова. Из «котла» выбралось не более четырех тысяч. Из них, как минимум, три тысячи были ранены или серьезно обморожены. Но и среди из уцелевших не было здоровых: нервные расстройства, болезни... Проведя месяц в окружении, весьма неплохой армейский корпус превратился в горстку измученных калек, которые едва могли держаться на ногах. Это были даже не люди, а их тени... жалкое подобие бывших солдат. На больших деревянных дорожных указателях было написано: «Беловодск», «Старобельск». Я снова шел один, потому что любезный немецкий сержант по дороге отстал. На дороге действительно ждали немецкие грузовики, хотя их было немного. Они теперь ездили взад-вперед между Беловодском и деревней, (Стрельцовка?), в которой до утра оставался немецкий гарнизон. Мы вышли из окружения. На этом заканчивается мой дневник. Но наши испытания еще не закончились. 50 километров от Беловодска до Старобельска, где разместилось командование 8-й армией, я преодолел На полпути между  Старобельском и Ворошиловградом мы на сутки застряли в деревне Новый Дар из-за снежных заносов. Сохранялась опасность снова оказаться в окружении. Одной мысли об этом было достаточно, чтобы свести с ума даже более сильных духом людей, чем мы. Вскоре после моего отъезда Беловодск подвергся массированной бомбардировке русскими самолетами, значительно уменьшившей число счастливцев, вышедших из окружения. Я покинул Ворошиловград и на попутном транспорте добрался до станицы Ясиноватой на Донце — пункта сбора оставшихся в живых однополчан. Отсюда на специально оборудованном санитарном поезде мы отбыли в  Леополь  (Польша).  
111 Путешествие в поезде трудно было назвать приятным. На каждом спальном месте разместилось по два человека, нас постоянно терзал голод и мучили вши. К тому же мы постоянно находились в смрадной атмосфере гниющих гангренозных конечностей. Мы беспрерывно останавливались и по неизвестным причинам часами стояли на станциях, полустанках, а иногда и просто в чистом поле. Многие умерли уже в поезде, в том числе Скотта, которого я встретил в госпитале в Черткове. Путешествие в поезде трудно было назвать приятным. На каждом спальном месте разместилось по два человека, нас постоянно терзал голод и мучили вши. К тому же мы постоянно находились в смрадной атмосфере гниющих гангренозных конечностей. Мы беспрерывно останавливались и по неизвестным причинам часами стояли на станциях, полустанках, а иногда и просто в чистом поле. Многие умерли уже в поезде, в том числе Скотта, которого я встретил в госпитале в Черткове. Далеко не все желающие попали на этот «специально оборудованный» поезд, многие были вынуждены выбираться с Донца иначе. На перегоне между Сталином и Крисином 15 человек из 100, составлявших личный состав батареи под командованием Конти, замерзли насмерть на открытой платформе поезда, предназначенной для перевозки угля.
Многие умерли в госпитале в Леополе (я провел там семь дней и успел насмотреться на всякое) и в поездах, которые везли нас из Польши в Италию. Так и не увидели Италии Монтрезор, мой верный ординарец  Реджинато, а также служившие у Беллини сержанты Пиллоне и Брайда. Брайда, сам обмороженный, в последний день нашего пребывания в Черткове где-то достал лошадь, отдал ее Занетти и тем самым спас последнему жизнь. Уже в Италии (я провел двадцать три дня в военном госпитале в Мерано с ревматическими болями и лихорадкой) тоже каждый день кто-нибудь умирал. Еще мне пришлось пережить страшную пытку письмами, которые приходили от бесчисленных матерей, отцов и других родственников, ожидавших известий о тех, кто не вернулся. Эти письма были способны разбить даже самое черствое сердце. Только очень немногие из наших соотечественников, попавших в русский плен, сумели сообщить своим семьям, что живы. Можно себе представить жестокие страдания бесчисленных итальянских семей, долгие месяцы ничего не знавших о судьбах своих близких.
В марте я отправился в Мирамар ди Римини навестить Канделу, который находился там в госпитале. Я застал его в постели. Обе его ноги были ампутированы немного ниже колен. Кроме того, он лишился части носа и большинства пальцев на руках. Сразу ставший маленьким, он лежал на спине и с грустью смотрел по сторонам.и Обе культ были приподняты вверх и постоянно подергивались, словно он все еще пытался идт.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ


Последний раз редактировалось: Кот (Ср 11 Фев 2015 - 21:12), всего редактировалось 1 раз(а)

Кот
ГлавЗамГлав

Сообщения : 414
Дата регистрации : 2012-08-22
Возраст : 64
Откуда : Миллерово

Посмотреть профиль

Вернуться к началу Перейти вниз

Записки офицера итальянского экспедиционного корпуса 1942-1943 гг.

Сообщение автор Кот в Ср 11 Фев 2015 - 21:08

ПРОДОЛЖЕНИЕ 2
Послесловие
Я начал эти записки в середине февраля 1943 года, находясь в военном госпитале в Мерано. Я разбирал и систематизировал записи, сделанные мною на всевозможных бланках, открытках, в общем, на любых клочках бумаги, которые попадали мне в руки во время осады Черткова.
ОТКРЫТЬ
Спойлер:

Я старался аккуратно брать на карандаш все события в хронологической последовательности, ничего не пропуская. Работа была завершена 8 мая во время отпуска, предоставленного мне, как выздоравливающему. Таким образом, со времени последнего описываемого мной эпизода прошло менее четырех месяцев. 8 сентября 1943 года было заключено перемирие и большая часть Италии оказалась в руках фашистов. В то время я служил в Неттунии. Но наши приключения там — это уже другая история. Я снова увидел родной дом лишь в 1945 году, после того как прошел через весь полуостров с Corpo Italiano di Lfberazione (Итальянский освободительный корпус). Получилось, что теперь мы союзники большевиков.
 Я должен с гордостью отметить, что в Альпийской дивизии дела обстояли совершенно не так, как у нас. Из достойных доверия источников известно, что, очутившись в окружении, итальянцы проявили себя с самой лучшей стороны и наглядно доказали, что являются великолепными солдатами, зачастую более умелыми и доблестными, чем немцы. Их отступление, не в пример нашему, состояло из сплошной череды героических поступков.
В соответствии с весьма схематичным планом, который я набросал по прибытии в Чертково, мы вошли в город 28 декабря. Но в штабе считали, что это произошло 27-го. Мнения совпали лишь в одном: отступление началось 19 декабря. Откуда у меня появился лишний день? Не думаю, что я сбился со счета во время марша. Скорее всего, ошибка произошла в период ожидания в «Долине смерти». По моим подсчетам, мы там провели четыре дня, в то же время все остальные утверждают, что три. Но как я ни пытался, я не сумел объединить два дня в один. В моих воспоминаниях все равно присутствуют все четыре дня. Я могу вспомнить каждый. Поэтому я и сейчас продолжаю считать, что в «Долине смерти» мы провели четверо суток. Но в тексте я не указывал даты. Это небольшое затруднение с датами добавляет лишний штрих к пониманию того состояния, в котором мы тогда находились.Дезертирство было обычным явлением, особенно когда на фронте появлялись новые воинские подразделения, еще не прошедшие боевое крещение. Русское командование решало эту проблему по-своему: они внедряли в ряды потенциальных перебежчиков своих людей, пользующихся особым доверием. Оказавшись за линией фронта, такие индивидуумы становились партизанами.В Старобельском штабе мы встретились с группой уцелевших солдат из Кантемировки. Мы узнали, что Кантемировка  Миллерово были оставлены одновременно с Чертковом. Причем в первом случае использовались самолеты, которые в определенный момент уже не могли приземляться, поскольку последние немецкие войска, защищавшие аэродром, разгромили русские, а из Миллерова люди выходили по «коридору», удерживаемому для них бронетанковыми силами на вражеской территории.
Из упомянутых публикаций я узнал, что вражеские силы, прорвавшиеся к западу от нас, были значительно более многочисленными, чем мы тогда считали. Там было две русские армии: 1-я танковая, в которой насчитывалось 754 танка, и 6-я общевойсковая, в которую входило 10 дивизий и 4 моторизованные бригады. Их целью были: Кантемировка, Миллерово, Тацинская и Морозовск. А это означало, что они продвигались на юг и юго-восток, а вовсе не на запад и юго-запад, как Мы ошибочно считали. В то же самое время другая русская армия шла на Морозовск с востока, чтобы захватить противника в клещи. Это была 3-я гвардейская армия, имевшая такую же численность, как 6-я общевойсковая.  (Под Сталинградом 6-я немецкая армия, имевшая в своем составе несколько подразделений 4-й армии, оказалась окруженной не менее чем семью русскими армиями.) После отступления стало известно, что в нашей колонне множество итальянских политических эмигрантов, состоявших на службе в Красной армии. Их цель — шпионаж и саботаж
Вот что мне рассказал лейтенант Пирелли, адъютант минометного батальона Пасубио, с которым мы месяцем позже встретились в военном госпитале в Леополе. Когда мы находились в «Долине смерти», к нему подошел один из солдат с заявлением, что обнаружил предателей на одном из пунктов первой помощи раненым. (Я не знаю, о каком из перевязочных пунктов шла речь и упоминал ли я о нем в тексте. Судя по описаниям Пирелли, он помещался в небольшой лачуге, рядом с которой стоял стог сена.) Сюда в течение нескольких дней подряд перевозили раненых из других перевязочных пунктов, где по утрам находили людей, убитых выстрелами в голову. Солдат Пирелли сказал, что в помещении он заметил четырех итальянских солдат, появившихся на закате. Они быстро завоевали всеобщее расположение тем, что принесли с собой котелок горячего супа, тут же раздав его раненым, и остались ночевать. Солдат заметил, что под одеялом они спрятали итальянский автомат, удивился, но никому ничего не сказал. Ночью, когда неподалеку начали рваться снаряды, один из четверки вытащил автомат и застрелил нескольких лежащих поблизости раненых. Затем кто-то из ходячих раненых вышел на улицу по нужде. За ним следом пошел один из странной четверки с автоматом. Послышалось несколько выстрелов. Тот, что был с автоматом, сразу же вернулся, пряча оружие под шинелью. А раненого, вышедшего по нужде, утром нашли на улице убитым. Солдат, который рассказал это все Пирелли, клятвенно утверждал, что большинство раненых были в курсе происходящего, но в условиях всеобщей паники и неразберихи на их жалобы никто не обращал внимания.
Пирелли решил немедленно разобраться во всем на месте. Правда, рассказавший ему эту страшную историю солдат был настолько перепуган, что лишь под пистолетом согласился идти вместе с Пирелли, чтобы опознать предателей. Троих арестовали. После короткого допроса было решено отправить их под конвоем к генералу X. Четвертый засел в доме и не подпускал к себе никого, открывая огонь из автомата в любого, кто приближался. Вооруженный пистолетом, Пирелли ничего не мог сделать и пошел узнать, какова судьба троих арестованных, которые отказались отвечать на вопросы Пирелли.
Оказалось, что, хотя один из них и признался, что является предателем, по приказу генерала X всех отпустили. С одним из троих, эмигрантом из Милана, Пирелли снова столкнулся совершенно случайно. Миланец был одет очень колоритно: отдельные предметы одежды были из гардероба русского офицера, другие — часть военной формы итальянского лейтенанта. Когда его задержали, он нагло заявил, что накануне вечером лично возглавил атаку русских на одном из склонов. Пирелли не присутствовал на допросе пленных генералом X и не знал, по какой причине тот их отпустил. А действительно, почему генерал X отдал столь странный приказ? Возможно, в тех страшных условиях у всех наблюдались в большей или меньшей степени проблемы с рассудком... Честно говоря, мне не хочется высказывать свое мнение по этому вопросу.
Я слышал еще одну неприятную историю, вполне возможно, речь в ней шла именно об измене. Мне ее рассказал лейтенант из 82-го пехотного полка Торино. Он случайно отстал от колонны. Его догнали несколько итальянцев (один из которых сообщил, что тоже прибыл из Палермо, как и сам лейтенант) и попытались его убить. Не ожидавшему нападения лейтенанту спастись удалось по чистой случайности. Вероятно, это были изменники... Хотя не исключено, что обычные грабители.
. В конце 1942 года русские уже не убивали священнослужителей, которые попадали к ним в плен. В конце 1942 года из всех пленных они систематически убивали только немцев. Что же касается итальянцев, венгров и румын, независимо от того, были они священнослужителями или нет, убивали лишь тех, кто не мог идти, поскольку остальных гнали пешком на сборные пункты на берегах Дона. В подтверждение тезиса о систематических убийствах русскими тех пленных, которые не могли самостоятельно идти, я располагаю свидетельством Марио Педрони, младшего лейтенанта 81-го пехотного полка. Он был взят в плен вместе со 111-м полевым госпиталем дивизии Торино, куда был помещен из-за ранения. «19 декабря 1942 года. В течение нескольких часов колонна транспортных средств, перевозящих раненых из 111-го полевого госпиталя дивизии Пасубио, безуспешно пыталась пробиться в западном направлении. Русские танки перерезали все главные дороги. Вечером колонна остановилась в небольшой деревне. Требовалось дать небольшую передышку измученным раненым. Двумя часами позже русская пехота в сопровождении танков ворвалась в деревню. Мы находились в таком состоянии, что нечего было и думать об организации отпора многократно превосходящим силам противника. К тому же этим мы только навредили бы сами себе, поскольку находились под защитой Красного Креста, а значит, и международных законов. Но русским, скорее всего, было наплевать на существование международных законов и конвенций. Прежде всего, нас самым тщательным образом обыскали и отобрали кое-какие предметы одежды, без которых невозможно было обойтись в здешнем климате. Затем тяжелораненых отделили от остальных (их было около 150 человек), отвели к стене какой-то хибары и расстреляли. После чего мощные гусеницы «Т-34» завершили это богопротивное деяние, вдавив еще недавно живую плоть в землю. Все произошло очень быстро и буднично. Мы стояли рядом и безмолвно взирали на это зверство, не в силах осознать случившееся. Сразу после этого произошел еще один эпизод, после которого у нас уже не оставалось сомнений в том, в чьи руки мы попали. Около 30 офицеров и солдат, которые продолжали лежать в избе, поскольку не могли стоять на ногах, были безжалостно убиты, а избу подожгли. Очевидно, русские автоматчики пристрелили не всех, потому что, когда пламя охватило строение, оттуда еще долго слышались леденящие душу крики несчастных.
Когда с массовой бойней было покончено, русские построили остальных пленных в колонны и погнали в концентрационный лагерь. Мы шагали через степь в течение четырнадцати дней, причем за это время лишь однажды нам выдали по небольшому кусочку замерзшего хлеба. После этого нас еще восемь дней везли в поезде. На протяжении этого времени наши конвоиры не упускали ни единой возможности продемонстрировать свою жестокость. Десятки пленных, которые больше не могли идти, были расстреляны на месте, а их трупы оставляли на обочине дороги, отмечая таким образом скорбный путь нашей колонны. Путешествие в поезде оказалось отнюдь не легче. В вагоны набивали такое количество людей, что мы могли лишь стоять. Единственной пищей, которую мы ежедневно получали, был крошечный ломтик хлеба. Воды нам не давали вообще. В вагонах стоял адский холод, люди замерзали, гибли от гангрены. Вагоны открывали только один раз в сутки, чтобы выгрузить умерших, которых бросали тут же возле железнодорожной колеи...»
В первых изданиях я утверждал: только 10 процентов итальянцев, попавших в русский плен, вернулись домой. Дело в том, что из-за отсутствия другой информации мы безоговорочно верили заявлениям московского радио о том, что [304] в плен взято 100 тысяч итальянцев. Наш личный опыт подтверждал невиданные масштабы бедствия. И лишь в 1977 году, после публикаций Исторического отдела генерального штаба (Ufficio Storico dello Stato Maggiore), стало очевидно, что речь идет о 55–60 тысячах трудоспособных итальянцев, попавших в плен к русским. В конце войны 10030 человек были репатриированы. Что касается остальных, мы располагаем только заявлениями самих пленных, согласно которым около 40 процентов от общего количества людей умерли от голода и холода или были убиты еще во время переходов на сборные пункты. Из оставшихся в живых 40 процентов (25 процентов от общего количества людей, попавших в плен) умерли в холодных поездах, перевозивших пленных в концентрационные лагеря. 40 процентов от оставшихся в живых (15 процентов от первоначального числа пленных) умерли в лагерях в течение первых четырех месяцев плена от голода и болезней. Несколькими месяцами позже я узнал, что единственным генералом, который вместе с X оставался с нами до выхода из окружения, был Капицци из Равенны. Рассматривая наше далекое от совершенства с военной точки зрения поведение, я бы хотел указать на весьма любопытную деталь, замеченную мной значительно позже. Когда много лет спустя мне пришлось читать описание разгрома афинской армии у стен Сиракуз, я был буквально потрясен удивительным сходством. Если можно так выразиться, существовала несомненная виртуальная взаимозаменяемость между поведением афинян и нашим собственным. Довольно любопытно сравнить поведение афинян и дарианцев — этих немцев греческого мира. Не буду подробно останавливаться на этом вопросе, но рекомендую всем, кто интересуется военной историей, обратить внимание на отмеченные мною факты. Причем я вовсе не ищу для нас оправданий в истории. Наоборот, именно военная немощь Афин привела к упадку и потере независимости городом, а в дальнейшем — к закату греческой цивилизации, явившемуся невосполнимой потерей для всего человечества. Только трое раненых остались на борту. Они погибли всего лишь через несколько минут... или через несколько десятков минут. Это был тот самый самолет, на котором к нам прилетели, а потом улетели генерал Пецци и полковник медицинской службы Бочетти.
Что касается направления перемещения вражеских войск, Следует упомянуть об одном драматическом эпизоде, о котором мы в то время не знали. В Старобельске, где с октября находилось командование ARMIR, произошло следующее: польские офицеры и капелланы, захваченные в плен русскими во время вторжения в Польшу в 1939 году, были уничтожены все до единого. Не пощадили и низших чинов. Было это в трех лагерях — Козельск, Остахов и Старобельск. Всего там было убито около 15 тысяч человек. Для мировой общественности. начиная с весны 1940 года следы этих пленных терялись. После нашей отправки на родину немцы обнаружили в окрестных лесах массовые захоронения, а в апреле 1943 года в присутствии представителей Международного Красного Креста были эксгумированы тела тех, кто погиб в концентрационном лагере Козельска. Всего было извлечено 4413 трупов. У всех руки были связаны металлической проволокой, и каждый был застрелен [306] пулей в затылок. Судя по обрывкам газет, найденным в карманах убитых, они были застрелены в апреле 1940 года. Тела погибших в Старобельском и Остаховском лагерях не найдены до сих пор. {16} Много лет спустя я узнал от Магальди, что русский выполнил свое обещание. Опасаясь, что его заметят в компании вражеского офицера, он отвел юношу в госпиталь ранним утром, когда на улице было еще совсем темно. Некоторые из солдат, при жизни выглядевшие тупыми и злобными, после смерти приобретали удивительно доброе и благородное выражение лица. Я это замечал неоднократно. В то время я еще не осознавал, что эти люди сами являются жертвами коммунистической системы, под гнетом которой они существовал много лет.
Я не хочу создать впечатление, что русские посредственные солдаты. Как раз наоборот. Они являлись отличными бойцами, в любой момент готовыми к самопожертвованию. Я считаю их самыми лучшими из всех «союзнических» солдат. Они во многом превосходят немцев, особенно когда дело касается владения техникой. Много лет спустя, изучая свидетельства очевидцев, я понял, что сильно недооценивал число русских танков, а также размах и важность этого сражения. Оно было непродолжительным, но яростным. Читатели, которые хотели бы узнать о нем больше, могут обратиться к мемуарам Марио Беллини. Если мы действительно находились в Стрельцовке, очень вероятно, что эти немецкие подразделения были не из нашей колонны. Думаю, это были части 19-й бронетанковой дивизии, которая долго и безуспешно пыталась пробиться к Черткову. В любом случае в Стрельцовке мы уже находились за пределами «котла», но пока еще об этом не знали. В первых итальянских изданиях настоящей книги за примечаниями автора следовало приложение, где было указано, кто из упоминавшихся в тексте лиц пережил плен и впоследствии вернулся на родину. Это капрал Тамбурини, лейтенанты Корреале и Маккарио, сержант Пиллоне, артиллерист Каттурегли, капитан Магальди, младший лейтенант Сальвадор. Приложение включало также шесть писем, написанных репатриантами, с описанием их жизни в плену. Я счел необходимым включить их в первые издания своей книги, потому что в те времена (первое издание вышло в 1947 году) не существовало почти никаких свидетельств  пребывания итальянцев в русском плену, то есть у нашего народа не имелось информации по этому вопросу. Впоследствии появилось довольно много публикаций, описывающих ужасную жизнь в лагерях (включая свидетельства о случаях каннибализма), поэтому я решил включить в настоящее издание  только два отрывка из писем, написанных рядовым К. П. Из них вы узнаете, что происходило в Черткове после нашего ухода.

первые выстрелы. Я находился в той же избе, где ты меня оставил. Стало ясно, что скоро мы окажемся в руках врага. Так и случилось. В 8 часов утра в дверях появился партизан с шашкой и пистолетом. Я думал, что он нас немедленно пристрелит. Но он только обыскал нас, отобрал все, что ему понравилось, после чего отвел туда, где собирали пленных итальянцев. Там были все раненые, больные, обмороженные. Затем нас развели по пустым избам и оставили в них, приставив по одному или два охранника. Но те не слишком старательно выполняли свои обязанности. Достаточно было дать им какую-нибудь итальянскую мелочь, и они отпускали нас ходить по деревне. Те из нас, кто чувствовал себя лучше, бродили по домам и выпрашивали еду для себя и тех, кто двигаться не мог. Через 13 дней нас немного покормили и собрали в школе. Выяснилось, что нас осталось всего 2500 человек, поскольку люди умирали каждый день. Через несколько дней к нам присоединились 250 человек, которые оказались отрезанными от вашей колонны. Через 40 дней, 28 февраля, пришел приказ, и нас отправили за Урал. Из 2700 человек к тому времени осталось 1225. Мне повезло. Русские выбрали 42 человека, которые еще могли работать, в том числе и меня. Мы остались в Церкове и работали там до 25 апреля. Затем нас отвели на станцию, погрузили в вагон, в котором мы ехали 22 дня». Ты спрашиваешь о немцах, которые остались в Церкове. Эти кончили плохо. Их сразу же собрали и безжалостно расстреляли. Позже пришел приказ Сталина, что нет необходимости убивать всех пленных. Тогда среди нас стали появляться немецкие и румынские пленные. Их больше не убивали, но не мешали им умирать от голода, холода и болезней. Думаю, они страдали бы меньше, если бы их пристрелили сразу. Но они медленно умирали, а ведь где-то далеко их ждали матери, еще не зная, что ждут напрасно».
В моем дневнике я описал одну лишь правду о событиях, чувствах и мыслях, не исключая и самые сокровенны. 21 мая 1948 года я был награжден медалью.
Издание: Корти Э. Немногие возвратившиеся
Разбитая колона техники румын и итальянцев под Сталинградом

Кот
ГлавЗамГлав

Сообщения : 414
Дата регистрации : 2012-08-22
Возраст : 64
Откуда : Миллерово

Посмотреть профиль

Вернуться к началу Перейти вниз

КУРГАНЫ НА ДОНСКОЙ ЗЕМЛЕ.

Сообщение автор Кот в Пн 6 Апр 2015 - 0:24

С любовь к нашей истории.

КУРГАНЫ НА ДОНСКОЙ ЗЕМЛЕ.

Да, наш Дон поистине кладезь достопримечательностей. Всё что хочешь есть и горы и скалы и реки и море, не говоря о курганах и архитектурных шедеврах в городках.
Когда-то степные курганы виделись мне, как просто, как украшение ландшафта, они были везде, они были всегда. И были они скифскими сарматскими как в школе учили. Что же это за скифы такие, с раскосыми и жадными очами, которых в том числе и по берегам и степям донским было тьма? хороня своих вождей и воинов в курганах.
ЖМИ НА
Спойлер:
Оказывается, курганы насыпались и до скифов, и после скифов учёные люди датируют их, курганы, III тыс. до н. э.– XIV в. н. э. И как я понимаю может быть и было здесь Дикое Поле, но только не для меня со скифами - сарматами смешно.Это умелые скотоводы и воины кочующие по степям при донья с своими законами порядками культурой.
Я не историк, не археолог. Но как-то со временем стал понимать скифов сарматов печенегов, вот здесь должен быть курган и он там есть, до сих пор попадаются курганы где их как бы и не должно быть. Всё-таки пять тысяч лет много за эти годы Донской воды утекло.
Когда скифский царь Иданфирс в 512 году до нашей эры вел тяжелую войну против армии персидского завоевателя Дария, намного превосходившей его силы, Дарий упрекал скифов в трусости, потому что они избегали открытого сражения и не выводили против персов свои главные силы, предпочитая партизанскую тактику. Скифский царь ответил: Мы кочевники. У нас нет ни полей, ни городов, и нам нечего оборонять в степи. Мы вовсе не убегаем от тебя, а поступаем так, как делаем в обычной жизни кочуем от пастбища к пастбищу охотимся ростим своих детей почетаем старость. Но если же ты желаешь во что бы то ни стало сражаться то у нас есть могилы предков. Найди их и попробуй разрушить, и тогда узнаешь, станем ли мы сражаться! Вскоре Дарий позорно бежал из Скифии с остатками своей армии. Не смог покорить скифов и Александр Македонский.
Невольно задаешься вопросом а сможет ли постоять за себя народ, сам готовый ограбить и продать отеческие гробы? Вспоминаю Журавский курган в Северном саду который исчез при строительстве зловонных так называемых полей очистки для АМИЛКО. Стыдно и обидно как мы храним нашу историю нашего края. А если "государевы люди" нарушают Закон и сгребают скреперами могильные плиты курганы, прокладывая дорогу или нарушая охранную зону "охраняемого" кургана прокладывают рядом трубопровод и т. п.? Как бороться?
В 1997 году постановлением № 51 Главы Администрации Ростовской области некоторые курганы были объявлены Памятниками и стали охраняться государством. К чему это постановление не знаю: охраняться курганы стали ещё с XVIII века, потом с 1925 года, потом при развитом социализме. То есть, любой курган памятник, и «Причинение ущерба курганам в России является уголовным преступлением.
За уничтожение или повреждение памятников истории и культуры и предусматривается наказание вплоть до лишения свободы до 2-х лет, а за те же деяния в отношении особо ценных памятников общероссийского значения вплоть до лишения свободы до 5 лет (ст. 243 Уголовного кодекса России). Повреждение или осквернение мест захоронений наказывается штрафом в размере до сорока тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех месяцев, либо обязательными работами на срок от ста двадцати до ста восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо арестом на срок до трех месяцев (ст. 244 Уголовного кодекса России).»
Вначале просто фотографировал красивые места пейзажи (и курганы попадали в кадр)

Этот курган стоит посреди поля, усиленно распахивается (на моей памяти его высота уменьшилась как минимум на метр) и «охраняется» Постановлением 1997 года. Рядом там есть ещё один (тоже «под охраной»), но от него почти не осталось следа.

С кургана открываются виды на степные дали. И на соседний курган я сразу обратил внимание на странный вид его вершины.

И почти под ногами странного вида сухая и почти истлевшая палка. Надеюсь, что ошибаюсь, но, похоже берцовая кость. Представилось, как гробокопатели брезгливо выбросили её из могилы.
Курганы во все времена привлекали мародёров. В середине XIX века по этим степям прокатилась своеобразная «золотая лихорадка»: на «раскопки» выезжали целыми хуторами и станицами. Это – похоже, следы того организованного гробокопательства.


Встречал такое (кости). Всегда переживал, как правильно поступить с такими останками? Хоронил их по собственному разумению. А что касается разграбления курганов, думаю, что подавляющее большинство их были разграблено еще когда трава на них не успела вырасти.

Копают! кому не лень.



Кот
ГлавЗамГлав

Сообщения : 414
Дата регистрации : 2012-08-22
Возраст : 64
Откуда : Миллерово

Посмотреть профиль

Вернуться к началу Перейти вниз

98 лет одесскому вооруженному восстанию против Украины.

Сообщение автор Михаил в Вс 31 Янв 2016 - 0:51

98 лет одесскому вооруженному восстанию против Украины.

В январе 1918 года в Одессе началось вооруженное восстание, причиной которого стало провозглашение Центральной Радой IV Универсала, который распространял государственный суверенитет Украинской Народной Республики, на Новороссию и Одессу. Одесситы не желали подчиняться киевской власти, как и сейчас. Проходят годы, но меняются лишь декорации, в связи с чем опыт того времени становится востребованным и в настоящее время.
После революции 1917 года власть на Юго-Западе бывшей Империи оказалась у Центрального исполнительного комитета Советов Румынского фронта, Черноморского флота, и Одессы получивший аббревиатуру РУМЧЕРОД. Первоначально под его контролем оказались обширные территории Херсонской, Бессарабской, Таврической, части Подольской и Волынской губерний. 
В Одессе, в период с 10 по 23 декабря 1917 года по старому стилю (23 декабря 1917 года – 5 января 1918 года по новому) состоялся 2-й фронтовой и областной съезд Советов, который признал Советскую власть и избрал новый состав РУМЧЕРОДа. Председателем избрали большевика В.Г.Юдовского, печатным органом стал «Голос революции», а войсками руководил эсер Муравьев (это он брал Киев). В начале Одессу объявили вольным городом, но уже в ходе восстания в январе 1918 года учредили Одесскую Советскую Республику, которая просуществовала с 18 января 1918 года (31 января 1918 года) по 13 марта 1918 года со столицей в Одессе.
Нужно отметить, что в это время шла борьба за власть между Центральной Радой (Киев, УНР) и Украинской советской республикой (Харьков, УСР) и хронология событий была следующей.
21 декабря 1917 года (3 января 1918 года) РУЧЕРОД объявляет Одессу вольным городом. 9 января 1918 года (22 января 1918 года) Центральная Рада (далее ЦР) провозгласила IV Универсал и попыталась подчинить себе 9 губерний бывшей Империи. К тому времени в Одессе находилось большое количество воинских частей, которые признали власть ЦР.
13 января 1918 года (26 января 1918 года) в Одессе началось восстание РУМЧЕРОДа, который образовал военно-революционный комитет (РВК) в количестве 15 человек. Уже к утру 14 января восставшие овладели штабом военного округа, ж/д вокзалом, почтой, телефонной станцией, телеграфом и объявили об установлении советской власти. К утру 15 января части верные ЦР, а также гайдамаки и юнкера, перешли в контрнаступление и отбили ж/д вокзал, куда сразу начали поступать подкрепления для войск ЦР. Сражения завязались в центре Одессы, город фактически оказался разделен на две части.
16 января 1918 года на стороне РВК вступили в бой корабли Черноморского флота («Синоп», «Ростислав», «Алмаз») которые открыли артиллерийский огонь по позициям войск ЦР, а со стороны ж/д станции Одесса-Товарная на войска ЦР наступал самоходный броневой вагон «Заамурец», наступил перелом в сражении за Одессу.
17 января 1918 года части верные ЦР были вытеснены на окраины города, а 18 января 1918 года ЦИК РУМЧЕРОДа избрал Совет народных комиссаров (СНК) Одесской советской республики, который признал высшей властью СНК Петрограда и Украинскую советскую республику.
21 января 1918 года состоялись похороны жертв трехдневной войны в городе. Погибли 119 человек, 359 были ранены. При этом их не делили на своих и чужих, всех погибших похоронили в братской могиле на КУЛИКОВОМ ПОЛЕ. Позже был поставлен обелиск, но при румынской оккупации во время Великой Отечественной Войны, он был ими разрушен. Следует также отметить, что на сторону Украинской Центральной Рады перешло не более 300 офицеров старой Императорской армии, из тех тысяч, которые находились в данном регионе.
В сражениях за Одессу проявил себя и прапорщик Георгий Софонов – это будущий командир Приморской армии, которая обороняла Одессу в 1941 году.
В феврале 1918 года началась оккупация Румынией Бессарабии и Буковины но Муравьев нанес тяжелое поражение румынским войскам. Румыния отказалась от территориальных претензий, но позже оккупировала указанные территории под давлением Германии.
В марте 1918 года началось наступление австро-германских войск на Одесскую советскую республику, на основании договоренности между ними и Украинской Центральной Радой. На город наступали 2 пехотные и 3 кавалерийские дивизии.
13 марта 1918 года Одесская советская республика прекратила свое существование. Советская власть была эвакуирована в Севастополь, на кораблях «Синоп», «Ростислав», «Алмаз», а также на захваченном у ЦР корабле «Память Меркурия». В связи с нехваткой личного состава (экипажей кораблей) пришлось оставить: три бронекатера, 20 тральщиков и транспортов, 11 вооруженных самоходных барж и две канонерские лодки "Кубанец" и "Донец".
Нужно помнить, что Одесская советская республика ОТПУСТИЛА ВСЕХ ПЛЕННЫХ румынских военных (кроме солдат там были несколько десятков офицеров, два генерала и адмирал), их увезли в Румынию на вспомогательном крейсере «Император Траян».
Германская оккупация длилась в Одессе с середины марта по середину ноября 1918 года, но из-за революции в самой Германии, немецкие войска покинули Одессу, которую, 28 ноября 1918 года, заняли войска Петлюры, о котором писалось в недавней статье.
В декабре 1918 года в Одессу начали прибывать войска Антанты, всего 4 дивизии (2 французские и 2 греческие), при поддержке крупных сил флота. Власть интервентов также распространялась на Николаев и Херсон. Но хозяйничали они недолго, и уже 5 апреля 1919 года началась их эвакуация.
8 апреля 1919 года в Одессу вошли войска атамана Григорьева, которые контролировали его до 23 августа 1919 года. После чего в Одессу вошли войска Добровольческой Армии Деникина, и Одесса была включена в состав Юга России, как центр Новороссийской области. Всей этой вакханалии и буйству красок, положил Котовский , который взял город 7 февраля 1920 года, положил конец Гражданской войне в этом регионе и установил Советскую власть.
http://antifashist.com/item/98-let-odesskomu-vooruzhennomu-vosstaniyu-protiv-ukrainy.html

Михаил

Сообщения : 18
Дата регистрации : 2012-08-22
Возраст : 24
Откуда : Миллерово

Посмотреть профиль

Вернуться к началу Перейти вниз

Загадка происхождения русских.

Сообщение автор Кот в Чт 11 Фев 2016 - 22:55

Загадка происхождения русских 
Уже много веков ученые хотят узнать происхождение русского народа. И если исследования прошлого основывались на археологических и лингвистических данных, то сегодня за дело взялись даже генетики. 
С Дуная


Из всех теорий русского этногенеза самой известной является дунайская. Её появлению мы обязаны летописному своду «Повесть временных лет», а точнее многовековой любви к этому источнику отечественных академиков. Летописец Нестор определил первоначальную территорию расселения славян территориями по нижнему течению Дуная и Вислы.  Теорию о дунайской "прародине" славян развивали такие историки как  Сергей Соловьев и Василий Ключевский. Василий Осипович Ключевский считал, что славяне переселились с Дуная в Прикарпатье, где возник обширный военный союз племен во главе с племенем дулебов-волынян. Из Прикарпатья, по мнению Ключевского, в VII-VIII веках восточные славяне расселились на Восток и Северо-восток до Ильмень-озера. Дунайской теории русского этногенеза до сих пор придерживаются многие историки и лингвисты. Большой вклад в её развитие внес в конце XX века российский лингвист Олег Николаевич Трубачев.
Да, скифы мы!


Один из самых яростных противников норманнской теории образования русской государственности, Михаил Ломоносов, склонялся к скифо-сарматской теории русского этногенеза, про которую писал в своей «Древней Российской истории». По мнению Ломоносова, этногенез русских произошел в результате смешения славян и племени «чуди» (термин Ломоносова – финно-угоры), а местом истоков этнической истории русских он назвал междуречье Вислы и Одера. Сторонники сарматской теории полагаются на античные источники, то же делал и Ломоносов. Он сравнил российскую историю с историей Римской Империи и античные верования с языческими верованиями восточных славян, обнаружив большое количество совпадений. Ярая борьба с приверженцами норманнской теории вполне объяснима: народ-племя Русь, по мнению Ломоносова, не могло произойти из Скандинавии под влиянием экспансии викингов-норманнов. В первую очередь, Ломоносов выступал против тезиса об отсталости славян и их неспособности самостоятельно образовать государство.
Теория Гелленталя

Интересной представляется гипотеза о происхождении русских,  обнародованная в этом году оксфордским ученым Гарретом Гелленталем. Проведя большую работу по изучению ДНК различных народов, он с группой ученых составил генетический атлас миграции народов. http://admixturemap.paintmychromosomes.com/
По мнению ученого, в этногенезе русского народа можно выделить две значимых вехи. В 2054 году до н. э., как считает Гелленталь,  транс балтийские народы и народы с территорий современных Германии и Польши мигрировали в северо-западные районы современной России. Вторая веха - 1306 год, когда началась миграция алтайских народов, которые активно скрещивались с представителями славянских ветвей. Исследование Гелленталя интересно еще и тем, что генетический анализ доказал, что время монголо-татарского нашествия практически никак не сказалось на русском этногенезе. 
Две прародины


Ещё одну интересную миграционную теорию предложил в конце XIX века русский языковед Алексей Шахматов. Его теория «двух прародин» также иногда называется прибалтийской. Ученый считал, что первоначально из индоевропейской группы выделилась балто-славянская общность, которая стала автохтонной на территории Прибалтики. После её  распада славяне обосновались на территории между нижним течением Немана и Западной Двины. Эта территория и стала так называемой «первой прародиной». Здесь, по мнению Шахматова, сложился праславянский язык, от которого взяли начало все славянские языки. Дальнейшая миграция славян была связана с великим переселением народов, в ходе которого в конце второго века нашей эры германцы пошли на юг, освободив бассейн реки Вислы, куда и пришли славяне. Здесь, в нижнем бассейне Вислы Шахматов определяет вторую прародину славян. Уже отсюда, по мнению ученого, пошло разделение славян на ветви. Западная ушла в район Эльбы, южная - разделилась на две группы,  одна из которых заселила Балканы и Дунай, другая  Днепр и Днестр. Последняя и стала основой восточнославянских народов, к которым относятся и русские. 
Сами мы местные

Наконец, ещё одной теорией, отличной от миграционных, является автохтонная теория. По ней, славяне являлись коренным народом, населяющим восточную, центральную и даже часть южной Европы. Согласно теории славянского автохтонизма, славянские племена были коренным этносом огромной территории - от Урала до Атлантического океана. Эта теория имеет довольно древние корни и множество как сторонников, так и противников. Этой теории придерживался советский лингвист Николай Марр. Он считал, что славяне ниоткуда не приходили, а сформировались от родо-племенных общностей, проживавших на обширных территориях от Среднего течения Днепра до Лабы на Западе и от Прибалтики до Карпат на юге. Придерживались автохтонной теории и польские ученые  Клечевский, Потоцкий и Сестренцевич. Они и вовсе вели родословную славян от вандалов, основывая свою гипотезу в том числе на схожести слов «венеды» и «вандалы». Из русских автохтонной теорией объясняли происхождение славян Рыбаков, Мавродин и Греков.
Алексей Рудевич
http://russian7.ru/2015/12/zagadka-proishozhdenija-russkih/

Кот
ГлавЗамГлав

Сообщения : 414
Дата регистрации : 2012-08-22
Возраст : 64
Откуда : Миллерово

Посмотреть профиль

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: РАЗНЫЕ ИСТОРИИ

Сообщение автор Спонсируемый контент Сегодня в 0:56


Спонсируемый контент


Вернуться к началу Перейти вниз

Предыдущая тема Следующая тема Вернуться к началу


 
Права доступа к этому форуму:
Вы не можете отвечать на сообщения